Деревня Кузьминское

Деревня Кузьминское расположена в 5 километрах к юго-востоку от деревни Пронино.
Название произошло от мужского личного календарного имени Кузьма, означающего «мир, украшение», «мир, порядок, мироздание»; «заботящийся о красоте».
Деревня расположена на левом берегу реки Суховетки при впадении в неё ручья Коноплянка. Рельеф всхолмлённый с высотами до 180 м, почвы суглинистые.
Известна с 1492–150318 гг. из «Правой грамоты бежецких писцов...», которая подводит итог тяжбы Василия Борисовича Нелединского с московским Симоновым монастырём за деревню.

Из грамоты видно, что возникла деревня двумя десятками лет раньше относительно времени создания документа, т.е. в 1470–80-е гг. Монастырь сумел отсудить деревню в свою пользу и это определило её дальнейшую судьбу. До 1764 г. она входила в вотчину Симонова монастыря (статус крестьян — монастырские), в 1764–1841 г. управлялась коллегией экономии (экономические крестьяне), в 1841–66 гг. министерством государственных имуществ (государственные крестьяне). С 1866 г. в общей системе сельского управления.
Как и очень многие другие селения Весьегонского края была разорена в Смутное время и «запустела», но уже к 40-м гг. XVII в. возродилась, причём не усилиями карел-переселенцев, а стараниями коренных обитателей, выживших в те страшные годы и вернувшихся в родные места.
В «Сборнике статистических сведений» за 1889 год читаем:
«Кузьминское. Деревня Чернецкого прихода. Бывшая государственная. С березами около некоторых домов. По восточному скату возвышенности. При трех колодцах, двух прудах в деревне и один пруд в поле. Ручей Ветка. Поля со скатами. Почва - суглинок. Выгон по еловому дровяному лесу и заросли. Разверстка по платежной силе. Последний передел был в 1874 году, по рабочей силе. Небольшая часть покоса делится ежегодно. Лес полосками. Усадьбы, переделенные при общем переделе, перестали переходить с 1879 года. Аренда тремя домохозяевами Кузьминского, с двумя крестьянами из деревни Мотаево, у собственника из деревни Борщево 23 десятины покоса за 55 рублей. Бык мирской. Зимой держат по очереди. Бобыли за пастбище платят один рубль с череда. Дети учатся в деревне Мотаево у солдата. Оплата 1 рубль 50 копеек за зиму. Или 3 рубля за выучку читать. (Две, четыре зимы). Учат детей еще в деревне Борщево за плату 80 копеек с ученика за зиму. Промысел: батраки, пастухи и плотники в Ярославской губернии».
До 1918 г. относилась к Чернецкому приходу.
Число хозяйств и численность населения:
В 1858 г. – 31 хозяйство – 195 жителей
В 1889 г. – 49 хозяйство – 227 жителей
В 1931 г. – 61 хозяйство – 263 жителя
В 1963 г. – 25 хозяйство – 79 жителей
В 1993 г. – 15 хозяйство – 22 жителя
В 2008 г. – 11 хозяйство – 14 жителей
В 2020 г. – 4 жителя

   

   

          

Фото Екатерины Курниковой

Березовая роща возле деревни Кузьминское, где так любила собираться молодежь со всей округи, была посажена Алексеем Ивановичем Ивановым.

В большой и дружной семье Алексея Ивановича и Натальи Александровны Ивановых было семь дочерей и один сын.

Его внучка поделилась с нами проникновенным стихотворением, которое написала одна из дочерей, Качан Альбина Алексеевна.

Родовое гнездо

Здесь когда-то была большая деревня,

Здесь когда-то был дом наш родной,

А теперь здесь царство крапивы,

Чудный сад здесь зарос травой.

Покосилась родная избушка,

Нет ступенек уже на крыльце.

Смотрит мутными окнами словно старушка,

С горькой думой на темном лице.

А когда-то здесь смеха столько звучало,

Детский топот и лай собак

Всем здесь места всегда хватало.

Не забыть дом родной никак.

Здесь летали пчелки-трудяги.

Принося нам янтарный мед.

И в соломенной шляпе папа

Их лелеял, любил и берег.

Папа с мамой гнездо родовое

Нам ведь столько строили лет.

И осталось оно пустое...

Никого здесь давно уже нет.

Белоствольных берез рядочек.

Яблонь, слив и разных кустов.

Для сынка, внучков и дочек.

Их сажал лучший самый из всех отцов,

Не могло в страшном сне присниться папе,

Что останется дом пустой.

Что кусты и деревья, что сажал он для внуков

зарастут густою травой.

Из последних дней в саду он старался,

обихаживал там и тут.

Что приедут дети и внуки.

Будут ягоды, яблоки есть - добрым словом

его помянут.

Безо всяких научных вузов,

папа все по хозяйству умел,

Шил одежду, шапки и обувь, пчеловодные курсы вёл.

Мы не очень тогда понимали

Каково всех нас вам с мамой поднять.

Мало, мало мы вам помогали.

Лишь теперь всё сумели понять.

Тяжела деревенская жизнь

При такой огромной семье.

И за все, дорогой наш отец,

Говорим: "Спасибо тебе".

А на кухне трудилась мама.

Выпекая шедевры из ничего.

Загляну я в окошечко с поля

Не увижу уж там никого.  

Часто снится мне вкус ватрушек,

Хруст огурчиков и волнушек.

Хлеб ржаной... Хоть на час бы вернуться назад.

Ах! какая была мастерица!

Прясть и ткать, сеять и жать...

Нe забыв у икон помолиться,

А потом у печи хлопотать!

А какое варила пиво...

Не сравниться уж тут никому!

Всё умела без всяких книг и рецептов

В огороде, в поле, в дому.

Золотые мамины руки

Хлеб пекли почти через день

Уж они никогда не знали скуки.

Не была в почёте здесь лень.

Вам досталась трудная доля,

С малых лет до последних дней.

Словно чья-то злая воля.

Обнимала родных людей.

Вы простите нас мама и папа.

Что сберечь мы гнездо не смогли.

Разлетелись, как птицы по свету

И курлычем мы грустно вдали.

Не вернуть, не исправить былое.

Всё. что сделали в жизни не так.

Далеко ты, гнездо родовое.

Мы не можем приехать никак.

Ты стоишь, деревенька родная.

Вдалеке от больших городов.

Ждешь, как прежде, приезда на лето

Сыновей, дочерей и внучков.

А они почему-то не едут,

Не скользит сюда больше нога?

Может некогда иль заболели?

Иль ушли в мир иной навсегда?

Как давно это все здесь было,

А как будто всё было вчера...

Многолюдные прежде деревни и сёла.

Лишь остались в сердцах навсегда.

Только ветер один здесь гуляет,

Где звучала прежде гармонь.

И дымок из труб не сбегает,

Не увидеть в окошках огонь.

И какой же Мамай всё порушил?

Ведь стояли же сотни лет?

Кто прошляпил, кто все разрушил?

Как всегда — виноватых нет.

Ураган ли, тайфун промчался  

По родимой нашей Земле?

Ктo он за это за всё в ответе?

Видно те, кто сидел и сидит в Кремле.

В нищете год за годом жила деревня,

Только «стригли» её как могли,

Урожай забирали под корень

И в конце концов до нуля довели,

Каково было людям с гнездом родовым расстаться

И бежать путь на край хоть Земли.

Не от "сладкой" жизни спасаться,

А на чёрный хоть хлеб получать рубли.

Только тот. кто родился в деревне,

Всю трагедию может понять.

Что всевышний Отец наш скажет на небе?

Как могли Землю - Мать так предать?

 

ИСТОЧНИК

Ларин Г.А. Весьегония: словарь-справочник / Г.А. Ларин. - Москва: Ключ-С, 2010

Фото из архива семьи Ивановых

Сбор новостей

Подписка на Сбор новостей